Грейс и Джексон, устав от бешеного ритма Нью-Йорка и его безликой суеты, принимают решение, которое кажется им единственно верным. Они сбегают. Их побег – это не просто смена локации, это радикальный отказ от прошлой жизни, от всех её условностей и обязательств. Их целью становятся величественные и безлюдные горы Монтаны, место, где, как им кажется, можно отстроить мир заново, с чистого листа. В основе этого нового мира должна лежать только их любовь, чистая и самодостаточная, не нуждающаяся ни в чём внешнем. Первое время их уединённый домик, затерянный среди сосен и горных хребтов, действительно напоминает рай. Здесь есть только они двое, бесконечные разговоры у камина, тишина, нарушаемая лишь шелестом листьев и пением птиц, и всепоглощающее чувство, которое они считают своим главным и единственным сокровищем. Эта идиллия представляется им окончательной и бесповоротной победой над хаосом большого города, воплощением мечты о жизни, где каждый день принадлежит только им. Однако постепенно, почти незаметно, в этот хрупкий рай начинают просачиваться трещины. Полная изоляция, выбранная сознательно как благо, оборачивается ловушкой. В отсутствие внешних ориентиров – работы, друзей, даже случайных встреч – их отношения становятся единственной вселенной, замкнутой и тесной. Страсть, которая раньше горела ярким пламенем, начинает менять свою природу. Она трансформируется в навязчивую, удушающую одержимость, где каждая мысль, каждый жест партнёра подвергается тотальному анализу и контролю. Любовь, бывшая источником свободы, теперь диктует свои жёсткие правила. Райский уголок медленно, но неотвратимо превращается в поле битвы, где под маской заботы скрывается ревность, а под словами о вечной связи – желание полностью обладать и подчинить. Горы, бывшие символом свободы, теперь становятся немыми свидетелями кошмара, стены дома сжимаются, а тишина начинает давить. Грань между безграничной преданностью и патологической зависимостью стирается, и пара обнаруживает, что их бегство привело не к спасению, а в ловушку, созданную их же собственными руками. Их история становится жутковатой притчей о том, как самое светлое чувство, помещённое в условия абсолютного вакуума, без воздуха внешнего мира, может переродиться в свою противоположность, где любовь и безумие становятся неразличимы, идут рука об руку, ведя своих пленников в тупик, из которого, кажется, уже нет выхода.